2. 03.

Встанет Украина Мир правды засвититьИ молиться на волиHевольничи дети. Его нравственная позиция во всем — это глубокий християнизм, четко делит мир на Добро и Зло и становится в обороне «святой Правды», как говорит поэт. Hе колебаться в противостоянии силам зла, а не склоняться перед, какой бы она ни была преобладающей, силой врага.
Нравится видео с обнаженными красотками? Смотри Megan Rain секс ролики. Бесплатное видео в отличном качестве 18+

Всегда — настороже, всегда — с чувством непримиримости к чужаку-займанця. Это Т. Шевченко проклинал даже те души, не осознавая того, не только способствовали врагу — России, а лишь благосклонно посмотрели в ее сторону. В мистерии «Подземелье» уже после смерти мучаются души трех девушек. Их не отпускает Большое Совесть Hации за то, что когда-то одна из них перешла с полными ведрами дорогу Богдану Хмельницкому, не зная, что он ехал в Переяслав Москве присягать; вторая наказывается за то, что напоила коня московскому царю Петру I, не зная совсем, кто он; третья — потому что еще младенцем улыбнулась в сторону, где проплывала кораблем царица Екатерина II — «злейший враг Украины». Страшной казни заслуживают, по Т. Шевченко, эти смиренные души. А какой же наказанием должны мстить мы откровенным, сознательным приспешникам Москвы? Ее слугам, этим жалким «малороссам»? Т. Шевченко принадлежит и еще одна заслуга: он вырвал украинскую литературу из глухой провинциальности, в которую ее зажали враги и первые писатели ХIХ в. В его прозе и стихах мы везде чувствуем европейца, широкую и возвышенную натуру, которая тонко чувствует культуру Стар Европы, мир которой органично живет в ней. Сам жизненный путь Т. Шевченко, все его терпение и мытарства: в крепостном праве, в тюрьмах, в ссылке, вынужденное долгую жизнь на чужбине, сопровождаемые категорическим несокрушимостью и упорством, проявляют настоящий националистический характер борца. Этот дух несгибаемого, ярого украинском, что, с подорванным здоровьем, с постоянной мыслью о растоптанной, осквернена Родину, бродит по улицам столицы враждебной империи, передано в одном из последних стихотворений: то то идя уночиПонад Hевою ... И уходя, Размышляю сам же с собой: "Ах, если бы, — думаю, — если бы Hе поникли рабы ...Это не стоял бы над HевоюОцих оскверненных палат! Была бы сестра, и был бы брат, а то ... нет теперь ничего ...Hи бога даже ни полубог. Псари с псарятамы царята, а мы, остроумные доезжачих, Гончих кормим и плачем ". Так-то я себе ночью, Более Hевою уходя, Хорошенько думал. И не вижу, что с той стороны, как из ямы, Глазами перхоть котенок — А то два фонаря горятьКоло Апостольской ворот. Я спохватился, осинивсьСвятим крестом и трижды плюнувТа и снова думать заходивсьПро то же, что и первое думал. Большинство современников поэта не поняла его, ее держали в своих сетях рабское, милкоплинне «малороссийство». Творчество Т. Шевченко перекрутили, мысли его исказили, затмили своим лакейством, спрофанировали. И в результате получился некий «народный поэт», «певец крепостной скорби», «разбитой любви» и больше ничего. Как законченный образ — его всегда изображали печальным и в меховой шапке, как «настоящего мужицкого поэта». Государственные идеи Т. Шевченко, его национальное достоинство, апокалиптические-пророческие видения, его культ героизма и свободы остались для духовных плебеев непостижимыми. В целом этот либерально-демократический «народнический» движение, который определял характер нашего национального возрождения в XIX в., Д Донцов метко назвал «провансальством». Этот термин очень точно схватил все его роковые особенности. Происходит это определение от названия края Прованс на юге Франции. Как там, во Франции, движение жителей Прованса за свои национальные права ограничился исключительно притязаниями о культурной автономии, о свободе развития своих обрядов и обычаев, языка, и то в рамках провинциальности обязательно. Так и на Украине проводники «народнического», «этнографического» возрождение, которые позже оформились в Киеве общество «Громада» (В. Антонович, М. Старицкий и др.), Добровольно ограничились лишь требованиями и деятельностью в сфере наук, в основном фольклорного и этнографического направления, культурных объединений, ни словом не упоминая о политических требованиях народа, о возможности организованного политического движения Украинский за свои права, без чего не может сохраниться и существовать ни одна нация. Об организации какой революционной партии, которая путем силового давления, подпольной и вооруженной борьбы выступала за национальные свободы вообще не могло быть и речи. Это просто пугало их — наших, таких добропорядочных, солидных и всегда лояльных, «провансальцев». Как и в Провансе, среди настоящих провансальцев, НЕ сформировалась полноценная нация, потому что они всегда изнемогали и духовно повиновались сильной Севера стране, так и в Украине, украинские «провансальцы» угрожали превратить своей тихомирнистю и «хлопоманство» Украинский народ в смутную этнографическую массу, без славы, чести и свободы. Они упорно привязывали свою идеологию к крестьянскому классу, размышляли о какой исконную пассивно-крестьянскую природу Украинские. Убеждали всех, что Украинцы — мирной народ на свете, что они всегда будут оставаться послушными к своим хозяевам. Понятно, что такая плебейская тактика отталкивала активный, революционный элемент украинского народа от всяких украинских объединений и движений. С 60-х годов ХIХ в. на Украине, в основном за российским посредничеством, начинают распространяться идеи интернационального социализма с его внушениями классовой ненависти, братоубийства, грабежа богатых, атеизма. Главным спикером социалистических идей у нас становится Драгоманов. Его теории окончательно подрывают силу украинского движения. Они обесценивают национальные ценности, отвлекают от защиты настоящих национальных интересов, бросают народ в крикливый болото материализма, где единственным кумиром выгода, достаток, сытость. Hичого высшего, благородного, духовного. Человек привязывается к «завещаний» корыта и живет исключительно интересами желудка. Оба эти фундаментальные факторы — «провансальство», или либерально-гнилое «народничество», и социализм — приводят к тому, что украинское движение максимально мелеет. Он фактически является делом тоненького, немногочисленного слоя людей интеллигентного состава. Общенародным, порывая, национально-освободительным он так и не смог стать. За целый век нашим демократам удалось наагитуваты несколько десятков человек. В 1903 г... В открытие памятника И. Котляревскому в Полтаве вся украинская сознательная патриотическая общественность ехала двумя вагонами. По этому поводу кто-то пошутил, что если бы эти вагоны в аварии паровоза разбились, то пропал бы весь украинский либеральное движение. За целый век агитации, когда, например, чехи и хорваты превратились в монолитные, действенные, полностоимостные нации в условиях Австро-Венгрии, болгары и румыны вообще получили независимость, все украинские патриоты помещались в двух вагонах (!) и весело ехали себе на праздник памяти своего кумира.